По ту сторону свободы и достоинства (Beyond Freedom and Dignity). Б.Ф. Скиннер. (продолжение №1)

Начало.

Не сложно прийти к выводу, что должно быть что-то в поведении человека, что позволит осуществить научный анализ и, следовательно, создать эффективную технологию, невозможную на данный момент. Но кто сказал, что мы исчерпали все возможности для этого. В определенном смысле можно сказать, что методы современной науки едва ли применимы к человеческому поведению. Мы использовали инструменты науки - мы посчитали, измерили и сравнили что могли, но что-то очень важное для научной практики до сих пор отсутствует в текущем процессе обсуждения поведения человека. Это связанно с нашим текущим подходом лечения причин поведения. (Термин «причина» в данном контексте не употребляется в сложном научном смысле, но, тем не менее, очень хорошо подходит здесь.)

Первый опыт осознания человеком причин, вероятнее всего, был получен из собственного поведения: вещи передвигались, потому что он сам(человек) передвигал их. Если другие вещи перемещались, то это происходило, потому что какой-то другой человек перемещал их, а если этот, какой-то другой человек не мог быть замечен, то это всего лишь от того, что он(человек) был невидим. Греческие боги служили в этом смысле как главное объяснение причин физических явлений. Они обычно были вне вещей, которые двигались, но они могли входить в них и обладать ими. Физика и биология вскоре забросили объяснения такого рода и развернулись к более полезным в бытовом плане видам причин, но решительный шаг в области изучения человеческого поведения так и не был сделан.

Интеллектуально развитые люди больше не считают, что человек может быть одержим демонами (хотя изгнание нечистой силы, время от времени, практикуется, и дьявольская одержимость вновь появился в научных трудах психотерапевтов), но девиации в поведении человека все еще приписывается наличию, так называемых, «внутренних агентов». Например можно услышать такое: любой юный преступник страдает от дефектов и нарушений в индивидуальности. Не было бы никакого смысла в высказывании такого мнения, если бы индивидуальность не была почему-то отделена от тела, которое самостоятельно оказалось в беде. Различие же в поведении объясняется тем, что тело содержит в себе несколько личностей, которые управляют им по-разному в различное время.

Психоаналитики идентифицировали три индивидуальности - эго, суперэго и подсознание - и взаимодействие между ними, как говорится, и ответственно за поведение человека, в котором они живут. Даже если физика в скором времени бы прекратила персонифицировать вещи таким способом, то все равно бы еще очень долгого продолжались бы разговоры о том, как будто вещи наследуют, получают импульсы, чувства, цели и другие фрагментарные признаки внутреннего агента влияния. Согласно Баттерфилду (Butterfield), Аристотель утверждал, что падающее тело ускорилось, потому что стало более «восторженным», вследствие того, что оно оказалось ближе к дому, а позднее власти предположили, что снаряд двигался за счет импульса, который иногда зовется «порывистостью». Все эти идеи, в конечном счете, были успешно оставлены, но поведенческие науки до сих пор обращаются к сопоставимым внутренним состояниям. Никто не будет удивлен, если услышит высказывание, что человек, несущий хорошие новости идет более быстро, потому что он внутренне ликует и испытывает восторг, или действует небрежно из-за его порывистости, или упрямо придерживается плана действий только за счет чистой силы желания. Морально устаревшие ссылки на цель и намерение все еще могут быть найдены и в физике и в биологии, но в хорошей практике для них нет места; но все же почти все исследователи приписывают поведение человека намерениям, замыслам, целям и задачам.

Физика и биология продвинулись дальше простого персонифицированния причины, когда они начали отождествлять поведение вещи с её сутью, качествами или природой. Для средневекового алхимика, например, некоторые свойства вещества могли быть связанны с его переменчивой сущностью, и вещества сравнивались с помощью, так называемой, «химии индивидуальных различий».

Ньютон жаловался своим современниках, относительно практических опытов: «Сказать нам, что каждая разновидность любой вещи наделена определенным таинственным (окультным) качеством, с помощью которого это вещь действует и оказывает явное влияние, это все равно, что ничего не сказать». (Тайные качества были примерами гипотез Ньютона)

Биология продолжала в течение долгого времени обращаться к природе живых существ, и это полностью не утратило своей жизненно важной силы до двадцатого века. Поведение, однако, все еще является атрибутом человеческой натуры, и существует обширная область исследований, так называемая, «психология индивидуальных различий», в которой люди сравнены и описаны с точки зрения типичных особенностей характера, способности и умения.

Почти все из профессионалов, кто занимается человеческими вопросами и проблемами( это и политологи, и философы, и писатели, и экономисты, и психологи, и лингвисты, и социологи, и богословы, и антропологи, и педагоги, и психотерапевты ) - все они продолжает рассуждать и объяснять поведение человека с помощью этого «до научного» способа. Каждый выпуск ежедневной газеты, журнала, научной статьи, каждая книга с имеющие отношение вообще к поведению человека будет поставлять примеры. Нам говорят , что чтобы контролировать процесс перенаселения людей в мире, мы должны изменить свое отношения изменения к детям, преодолеть свое желание гордится размером семьи или своей сексуальной силой, укоренить в себе некоторое чувство ответственности к потомкам и уменьшить роль, которую играют большие семья в смягчении беспокойства для стариков.

Работая ради всеобщего блага, мы должны иметь дело с жаждой власти или параноидальным заблуждением лидеров; мы должны помнить что войны сперва начинаются в головах людей, что есть что-то самоубийственное в человеке – это смертельный инстинкт, возможно - который ведет к войне и этот человек агрессивен по своей природе. Чтобы решить проблемы бедных мы должны вдохновить чувство собственного достоинства, поощрить инициативу и сократить критику. Чтобы смягчить недовольство молодежи мы должны обеспечить для них ощущение цели и уменьшить чувство отчуждения или безнадежности.

Из-за осознания того, что у нас нет эффективного средства выполнения ни одной из этих задач, мы сами можем испытать кризис веры или потерю уверенности, которые могут быть преодолены только благодаря возврату к вере во внутренние силы человечества. Это просто плата за проезд.

Почти никто не подвергает это сомнению. И все же нет ничего такого, что могло бы помочь решить эти проблемы не в современной физика, не в большей части биологии. И этот факт хорошо объясняет, почему наука и технологии поведения так сильно запоздали. Обычно предполагается, что бихевиаристический порицание идей, чувств, черт характера, желаний и так далее - это касается только материалов, из которых они, как говорится, сделаны. Некоторые неподатливые вопросы о природе человеческого ума обсуждаются уже больше чем 25000 лет и все еще остаются без ответа.

Как, например, ум может двигать телом? Уже в 1965 Карл Поппер смог сформулировать этот вопрос таким образом: «Всё что мы хотим – это понять как такие нефизические явления как цели, обдумывания, планы, решения, теории, напряженные состояния и ценности могут играть роль в физических изменениях в материальном мире». И, конечно, мы также хотим знать, откуда эти нефизические вещи приходят. На этот вопрос у древних греков был простой ответ: от богов. Греки верили тому, что если человек вел себя по-дурацки, то это происходило, потому что враждебный бог поселил одержимость в его груди. Дружелюбный же бог мог дать воину дополнительное количество доблести, с с помощью которой он бы блестяще сражался. Аристотель считал, что в самой мысли было что-то божественное, а Зенон Элейский считал, что интеллект - это Бог.

Мы не можем провести четкую линию в данный момент, и по этому простой альтернативой видится – это обратиться к предшествующим физическим явлениям. Человеческая способность к наследственности – это продукт эволюции видов, которая, как говорится, частично объясняет работу мозга и историю человечества в итоге. Например, в результате (физической) конкуренции в процессе эволюции, человек теперь обладает (не физическим) чувством агрессии, которое лежит в (физической) плоскости законов враждебности. Или, физическое наказание маленького ребенка за участие в сексуальных играх приводит к (не физическому) чувству тревоги и беспокойства, которое потом вмешивается в его (физическое) сексуальное поведение, когда он становится взрослым. Не физические циклы, очевидно, соединяют длительные периоды времени: агрессия уходит своими корнями на миллионы лет назад в историю эволюции, а чувство тревоги приобретается в процессе взросления ребенка уже во взрослом возрасте. Проблемы, связанной с получением из одного вида материала другого, можно было бы избежать, если бы все было любой психическим либо физическим, и оба этих процесса были бы рассмотрены по отдельности.

Некоторые философы попытались остаться в пределах мира ума, утверждая, что только этот непосредственный опыт реальный и единственный, и экспериментальная психология зародилась, как попытка обнаружить умственные законы, которые управляли взаимодействиями среди умственных элементов. Современные «внутрепсихические» теории психотерапии говорят нам, как одно чувство приводит к другому (как расстройство порождает агрессию, например), как чувства взаимодействуют, и как чувства, которые были изъяты из ума, сражаются за то чтобы в него вернуться.

Плюс дополнительная теория о том, что физические состояния – это в действительности проявления физических, любопытно достаточно много об этом говорил Фрейд, который верил эта физиология в конечном счете объяснила бы работу психического аппарат. В том же духе, многие физиологические психологи продолжают говорить свободно о состоянии ума, чувства, и так далее, веря в то, что это только вопрос времени, когда чем мы поймем их физическую природу.

Многогранность мира разума и переходы, соединяющие одни области разума с другими, действительно поднимают много деликатных вопросов, но чаще всего их можно игнорировать и это может быть хорошей стратегией для важных возражений к ментализму. Мир ума затмевает все остальное. Поведение еще не признано как самостоятельный предмет со своими правилами. В психотерапии, например, тревожное состояние, которое человек демонстрирует действиями или словами, почти всегда расценивается просто как симптом, и по сравнению с захватывающими драмами, которые «разыгрываются» в глубинах сознания, само поведение кажется действительно поверхностным и незначительным. В лингвистике и литературной критике то, что говорит человек, почти всегда рассматриваемый как выражение идей или чувств. В политологии, богословии, и экономике, поведение обычно расценивается как материал, из которого формируются отношения, намерения, потребности, и так далее. В течение более чем двух тысяч пятисот лет пристальное внимание было обращено к умственной жизни, но только недавно появилось желание изучить поведение человека как нечто большее, чем просто побочный продукт.

Условия и обстоятельства, в которых поведение функционирует, также игнорировались. Умственное объяснение приводит любопытство мгновенно к концу. Этот эффект мы можем наблюдать в следующем примере. Если мы спрашиваем кого-то: «Почему Вы пошли в театр?», и получаем ответ от него: «Потому что я испытывал желание пойти туда», то мы склонны принять его ответ, как вид объяснения. Но гораздо важнее понять, что именно произошло с этим человеком, когда он ходил в театр в прошлом, что он услышал или прочитал об этой пьесе, что заставило его пойти и посмотреть ее. Какие другие вещи и события в его прошлой или нынешней среде обитания, могли побудить его пойти в театр (как демонстрация альтернативы выбора относительно выполнения чего-то другого). Но мы принимаем объяснение вида: «Я хотел пойти», как, своего рода, резюме всего произошедшего и не вдаемся в детали. Профессиональные психологи часто останавливается на такой точке зрения. Давным-давно Уильям Джеймс скорректировал преобладающую точку зрения о взаимосвязи между чувствами и действиями, утверждая следующее: «Мы не убегаем, потому что мы боимся, но боимся, потому что мы убегаем». Другими словами, то, что мы чувствуем, когда мы испытываем страх, является нашим поведением – то самое поведение, которое в традиционном понимании выражает чувство и объясняется им. Но как много из тех, кто рассматривал аргумент Джеймса, обратили внимание на то, что никакое предшествующее событие фактически не было указанно? Ни один, «потому что» иначе к этому следовало бы отнестись серьезно.

Никакое объяснение не было дано относительно того, почему мы убегаем и испытываем страх.

Продолжение следует....

Автор перевода: © Александр Беляев.

Коллега, страдающий нарцисизмом.

Коллега-нарцисс, пожалуй, не самое неприятное, что может быть в рабочем коллективе, однако, иногда эта ложка дёгтя способна испортить бочку самого вкусного мёда. Коллега-нарцисс способен как испортить настроение отдельным людям, так и превратить своими выходками коллектив в серпентарий, оставив после себя лишь руины того самого дружного и сплочённого коллектива, который был до него.

Попробуем рассмотреть данное поведение с точки зрения психологии как науки, в рамках различных подходов, что бы лучше понять, что стоит за этим.

Одним из первых такое поведение описал Альфред Адлер в рамках теории о врождённом комплексе неполноценности. Поведение коллеги-нарцисса как нельзя лучше подходит под описание поведения личности с гиперкомпенсацией комплекса неполноценности при неразвитом чувстве общности. Человек чувствуя свою ущербность и не находя конструктивных способов её преодолеть начинает преодолевать её, используя неэффективные стратегии поведения. Иными словами такой человек стремиться стать лучше в глазах других, не длительным и кропотливым трудом самосовершенствования, а путём втаптывания других в грязь, что бы возвысится за счёт унижения других.  Не имея глубоких и систематизированных знаний в интересующей его теме, человек с гиперкомпенсацией комплекса неполноценности при неразвитом чувстве общности является даже не дилетантом, а профаном в предмете.  Его речь насыщенна громкими фразами, не имеющими за собой ничего веского.

Следующий взгляд на такое поведение, говорит о том, что оно свойственно демонстративному типу акцентуации личности, то есть чрезмерно заострённой черте личности, признаком которой является неуёмное желание быть в центре внимания любыми силами, включая интриги, манипуляцию, слухи и т.д. Ну и конечно, совсем крайний вариант – истероидная акцентуация характера. Но мы не будем рассматривать крайности.

Чем чревато для коллектива наличие коллеги — нарцисса? Какие проблемы может создать такой человек?

Как уже говорилось выше, такой человек является действительно ложкой дёгтя в бочке мёда, и способен своими выходками вызвать не только головную боль у коллег, но и развалить коллектив, сделав атмосферу в нём действительно невыносимой.

Отталкиваясь от вышеизложенных теоретических взглядов представителей научной психологии, мы можем с уверенностью сказать, что для того, что бы преодолеть чувство собственной неполноценности, такой человек пойдёт на многое. в первую очередь коллегам такого индивида нужно быть готовыми к тому, что их будут «щупать» с целью выявить их «слабинку», так как коллега-нарцисс с гиперкомпенсированным комплексом неполноценности, вряд ли рискнёт самоутверждаться за счёт действительно сильного оппонента из-за банального страха быть посаженным в лужу. Как правило такой человек может выискивать «жертву», т.е. человека, за счёт подтрунивания над которым «нарцисс» будет расти в своих глазах. Иногда коллега-нарцисс может инициировать коллективную травлю несчастного. Манипулирование, зачастую просто попытки грубого и неумелого манипулирования, являются неотъемлемым атрибутом существования этого индивида. Так же как и интриги.

Как общаться с коллегой-нарциссом? Игнорировать или наоборот активно дружить?

Вопрос действительно сложный. Конечно мудрое высказывание: «хочешь победить врага – сделай из него друга» имеет место быть, но всё же я бы не советовала. Дело в том, что только сильная, зрелая и уверенная в себе личность может путём ещё более сложно манипуляции, разыгрывая дружбу с нарциссом, сделать его не просто «не-врагом», а своей марионеткой. В противном случае, подпустив к себе манипулятора вы легко можете стать его жертвой. Совсем игнорировать «нарцисса» тоже дело рискованное, так как для личности с демонстративной акцентуацией нет ничего более оскорбительного, чем её игнорирование.
Тут скорее нужно держаться вежливой дистанции, с одной стороны понимая, что человек во-первых испытывает действительно большие психологические проблемы, во-вторых такие «нарциссы» – увы часть нашей действительности, с другой стороны понимая, что вы не должны быть его жертвой даже из благих побуждений.

Можно ли "перевоспитать" такого человека? И если да, то каким образом?

«Перевоспитать» такого человека можно, хотя и сложно. Существует два способа. Первый мягкий и долгий, но более эффективный. В первую очередь нужно максимально не предвзято увидеть за нарциссической шелухой Личность с её болью, которая заставляет вести человека подобным образом, Личность с её достоинствами, откопать эти самые достоинства, и совершенно искрение хвалить человека за их проявления. Это действительно очень трудный путь, так как это и работа над собой, так как нужно самому разглядеть перед собой не объект своей неприязни, не «ложку дёгтя», не «расфуфыренного павлина и полного идиота»,  а Личности.

Другой способ – грубый, но для того, что его применить надо иметь весомый авторитет в глазах «нарцисса», а иначе результат будет плачевен. Нужно твёрдо, но не агрессивно сказать, что именно вас не устраивает в поведении коллеги, к каким негативным последствиям это может привести его, и какие выгоды он получит,  если хотя бы чуть-чуть поменяет поведение.

Сила воли — это конечный ресурс.

Заблуждение: Сила воли — это всего лишь фигура речи.

Истина: Сила воли — это конечный ресурс.

В 2005 году команда психологов заставила группу студентов почувствовать себя дерьмом.

Исследователи пригласили студентов в свою лабораторию и попросили немного там потусоваться и перезнакомиться друг с дружкой. Все вокруг было организовано таким образом, чтобы создать непринужденную атмосферу знакомства, ну, знаете, как на приеме или корпоративе в честь НГ — короче, какую угодно, только не непринужденную.

Студенты разделились на группы одного полового состава приблизительно по шесть человек и болтали около 20 минут, используя фразы, предоставленные исследователями. Они задавали вопросы типа «Откуда ты?», «На кого ты учишься?» и «В какую страну бы ты поехал, если бы у тебя была куча денег и времени?». Исследователи заранее попросили студентов попытаться запомнить имена людей, с которыми они будут знакомиться во время этой милой болтовни. Это было важным этапом задания, поскольку затем все должны были по одному зайти в другую комнату и назвать имена двух человек с этой псевдосуперпати, с которыми они бы хотели работать вместе на следующем этапе исследования.

Исследователи записывали ответы и просили студентов немного подождать.

Пока они безропотно немного ожидали, бессердечные исследователи пили кофе, забросив результаты куда подальше.

Затем ученые (кстати, вот вам их имена: Рой Ф. Баумайстр [Roy F. Baumeister], С. Натан ДеВолл [C. Nathan DeWall], Натали Дж. Сиарокко [Natalie J. Ciarocco] и Джин М. Твенге [Jean M. Twenge] из университета штата Флорида, Атлантического университета Флориды и университета Сан-Диего) попросили студентов перейти к выполнению следующей части эксперимента, в которой они сообщали доверчивым студентам, какое же впечатление они произвели на своих новых друзяшек, исходя из навыков общения, которые они продемонстрировали на супервечеринке. Тут-то и начиналось настоящее издевательство.

Одному случайным образом выбранному человеку из каждой группы ученые говорили, что именно его «все члены группы выбрали для продолжения совместной работы». Однако таких людей не смешивали между собой, а сообщали, что набранные группы уже слишком большие и ему или ей придется пока что работать самостоятельно. Такие студенты уходили окрыленные, попискивая от счастья, а в их глазах лучилась любовь ко всему человечеству.

Другому, так же случайно выбранному, человеку из группы ученые говорили: «Нам очень жаль, однако ни один студент из вашей группы не захотел продолжать с вами работать». Каждого из опечаленных этим знанием людей добивали вестью, что у них нет иного выхода, кроме как работать самостоятельно. Плюнув таким образом им прямо в душу, исследователи отправляли студентов на грани отчаяния выполнять второй этап исследования.

На этом этапе студентам убедительно врали, что настоящий смысл исследования заключается в том, чтобы сидеть перед вазой, в которой лежит 35 штук печенья с кусочками шоколада, и их задачка — оценить печенье по критериям вкуса, запаха и внешнего вида. Также им сообщали, что при заполнении стандартного опросника можно было съесть сколько угодно печенья (для объективности оценки, разумеется). После чего студента оставляли наедине с печеньем и анкетой на 10 минут.

Как вы понимаете, это и был настоящий эксперимент: определить зависимость потребления печенья от принятия социумом. Сколько печенья съедят «выбранные всеми» люди и как вообще их поведение будет отличаться от «всеми отвергнутых»? Ну, если вы хорошо разбираетесь в человеческих существах и особенно если вы и сами не понаслышке знаете этот ледяной ужас одиночества, когда на вечеринке к вам вообще никто не подходит, или когда жизнь резко ударяет вас под дых, то, пожалуй, вам будет легко выдвинуть такую же гипотезу, как и исследователи. Они предположили, что «отвергнутые» испытуемые обожрутся печеньем, ну, так и получилось. В среднем, «изгои» съели в два раза больше, чем «популярные» люди.

С точки зрения стороннего наблюдателя, условия эксперимента были одинаковыми: та же комната, та же работа, те же студенты сидят одни напротив вызывающе вкусного печенья. Однако сами студенты были как будто в параллельных вселенных. Для тех, в чьем мире ярко светило солнце и через все небо растянулась двойная радуга и резвились волшебные единороги, печенье было не таким уж и притягательным. Те, чей мир представлял собой каменистую унылую местность, куда приходя умирать забытые всеми существа, столкнулись с непростой задачкой удержаться от поглощения печенья прямо из миски.

Почему все «отверженные» так хотели напихаться печеньем? Почему это, как утверждают исследователи в своей научной работе, социальная изоляция ослабляет самоконтроль? Чтобы ответить на эти вопросы, нам необходимо познакомиться с явлением, которое психологи именуют «истощение эго» (ego depletion), и вы будете шокированы, тем какое количество ваших поступков, чувств и вообще какой процент вашей жизни зависит от него. Перед тем как рассказать про истощение эго, давайте-ка кратенько обсудим само понятие «эго».

Фрейд в 1885 году.

Итак, жил-был парень по имени Сигизмунд Шломо Фрейд. Родили его в 1856 году самым первым из всего восьми детей. Он вырос и стал доктором. А еще он любил кокаин и сигары. Ему удалось сбежать от нацистов, однако он потерял своих сестер в концлагере, а в 1939 году, мучаясь от рака нёба, старик попросил помочь ему избавиться от страданий, и ему вкололи несколько кубиков морфия. Журнал «Тайм» [Time] однажды назвал его одним из важнейших мыслителей ХХ века. Благодаря Фрейду слово «эго» стало употребляться в обыденной речи, и, возможно, именно его вы вспоминаете первым при слове «психология».

Несмотря на его славу, конец 1800-х годов был не лучшим временем для психического или физического здоровья. Медицина, в основном, ограничивалась анатомией, физиологией и прочей классикой. Ну, там, знаете, смотрите на внутренности и думаете, зачем это все. Запоминаете, где сердце, как ампутировать ногу и что там сказал Платон про свою пещеру.

Почти все полезные знания, которые сейчас используются в медицине, ещё не были открыты. Болит горло? Что может быть проще? Просто оберните шею беконом с перцем. Грыжа? Вызов принят! Устройтесь поудобнее и попробуйте сделать так, чтобы в анальное отверстие попало немного табачного дыма. Всех демонов науки и медицины ещё только предстояло приручить, поэтому то и дело возникали жаркие дебаты, например, о том, стоит ли мыть руки после работы со зловонным трупом перед тем, как лезть этими же вонючими руками принимать роды.

Ближе к концу своего обучения Фрейд ввязался в затягивающее, но грязное занятие по препарации угрей. Он накрошил их штук четыреста в поисках половых желез, о существовании которых у животных на тот момент науке было неизвестно. Это было противное и совершенно неблагодарное занятие, поскольку оно ни к чему не приводило. Если бы он обнаружил половые железы, его имя сейчас было бы во всех учебниках. Но вместо этого он получил свой диплом и устроился на работу в больницу, где провел годы за изучением мозга, нейронов и исследованием внутренности угрей.

Но, как бывает с каждым из нас, деньги вышли на первый план и чтобы оплачивать свои счета он бросил свои медицинские исследования и открыл частную медицинскую практику. Будучи все тем же напористым и дотошным Фрейдом, он искал причины нервных расстройств всё дальше и дальше в глубинах детства и историях своих пациентов, он начал набрасывать схемку географии и анатомии мозга. Так он и придумал свою модель «психе» (психики). Фрейду представлялось, что поведение и мысль, невроз и болезнь были результатами взаимосвязи и взаимодействия между «ментальных органов», каждый из которых выполняет свои функции. Он назвал их «das Es,» «das Ich,» и «das Über-Ich» (на немецком), или «Оно», «Я» и «Сверх-Я» (в дословном переводе с немецкого, — прим. переводчика) — современному русскоязычному читателю это известно теперь под названием Ид, Эго и Супер-Эго (а англоязычному — the id, the ego и the superego, — прим. переводчика).

С точки зрения Фрейда, Ид — это самая ранняя часть разума, колыбель бессознательного, ищущая удовольствий и избегающая трудностей.

Эго — практичная часть разума, которая занимается изучением последствий таких поступков, как заехать кому-нибудь в лицо или стырить еду из тарелки. Если Эго проигрывает Ид в борьбе за власть над разумом, то вмешивается Супер-Эго, берет под свой контроль всю систему и укоризненно качает свой метафорической головой. Это, по мнению Фрейда, принуждает Эго либо контролировать ситуацию, либо прятаться за отрицанием или рационализацией или любым иным из множества защитных механизмов, лишь бы избежать сурового взгляда Супер-Эго, в силе которого и заключается эффект любой морали и культурной нормы. Разумеется, на самом деле, все происходит несколько иначе. Это всего лишь предположение человека, получившего высшее образование в то же время, что был открыт пенициллин.

Модель психе по Фрейду.

Доктора типа Фрейда могли выдвигать какие хочешь гипотезы и, если у них хватало личного обаяния и силы письменного убеждения, любые их слова могли стать частью науки. Например, как-то раз к Фрейду пришла пациентка с жалобой на менструальные боли. Он отправил её к знакомому врачу-ухогорлоносу, который считал, что нос и женские половые органы, а, следовательно, и менструация напрямую связаны. Исходя из этого странного предположения, чтобы излечиться от болей, пациентке провели операцию носовой полости, через некоторое время после чего она пожаловалась на нарастающую боль в носовых пазухах, заглушить которую оказалось не под силу даже морфию, а в одну прекрасную ночь из неё вылилось две чашки гноя, а потом ещё и кусок кости размером с орех (мы тоже думали «фубля» — прим. переводчиков). Из чего Фрейд сделал заключение, что кровоизлияние было результатом приступа истерики, вызванного подавленным сексуальным возбуждением. Правда, поход к хирургу определил, что на самом деле это был кусок марли, забытый внутри амбициозным ухогорлоносом. Однако же Фрейду это показалось неубедительным, а его уверенность в том, что облегчение было достигнуто за счет психоанализа, осталась непоколебима.

Короче, смысл в том, что наука значительно продвинулась с тех пор, и хотя открытия Фрейда стали достоянием массовой культуры и повседневного языка (все эти оговорочки по Фрейду, «вытеснение», «анальное удержание») — в основном, всё это трескучие фразы, так как за последние сто лет психология стала достойной наукой со строгими лабораторными исследованиями, которые публикуются в рецензируемых научных журналах. Сегодняшние ученые по-прежнему изучают срез проблемы сознательного и эго, или того что мы теперь называем селф, и это приводит нас назад к Рою Ф. Баумайстру и его вазе с печеньками.

В 1990-е Баумайстр и его коллеги посвятили немало времени изучению самоконтроля путем искусного применения шоколада. Самоконтроль — это важная часть личности. Вы являетесь главным персонажем истории вашей жизни, ненадежным рассказчиком истории вашего прошлого, настоящего и будущего. Вам кажется, что между вами и всеми остальными атомами вокруг есть какая-то невидимая граница, что вы отдельное существо, а не просто куча органов, клеток и молекул, выволокшая свое тело на морской берег 530 млн лет назад. Это ощущение себя, выливающееся в множество разных понятий о своем теле и разуме, называется воля или волевой акт [Volition] — чувство свободы, благодаря которому вы верите, что это именно вы делаете свои выборы и принимаете свои решения. Благодаря воле вы ощущаете свою ответственность за поступки до и после их осуществления. Уже пару тысяч лет непонятно, что это значит и не заблуждение ли это, однако исследования, проведенные Баумайстром за последние десять лет, показывают нам, что на ощущение самоконтроля очень легко повлиять.

В 1998 году Баумайстр и его коллеги Эллен Брацлавски [Ellen Bratlavsky], Марк Муравен [ Mark Muraven] и Диана М. Тайс [Dianne M. Tice], Западный резервный университет, собрали студентов для проведения исследования. Они сказали участникам, что темой исследования является восприятие вкуса и поэтому перед исследованием есть нельзя, нужно приходить на пустой желудок. Ученые заводили голодного студента в комнату, где в духовке стояли свежеиспеченные шоколадные печеньки, и усаживали его перед двумя видами еды: огромной горой тех самых печенек и сиротливо стоящей миской редиски.

Одной трети испытуемых сказали есть только редиску и отмечать при этом свои ощущения, мол, для заполнения опросника на следующий день. Вторую треть попросили есть только печенье. А последней трети запретили вообще все, сказали сидеть и смотреть. Затем психологи выходили из комнаты на пять минут и возвращались с опросником про настроение. Как написано в книге Баумайстра «Willpower» («Сила воли») написанной им совместно с Джоном Тирни [John Tierney], в основном, те, кого заставили жевать редиску, смотрели на печенье как кот на сметанку. Некоторые даже подсаживались ближе к печенью и прикладывали к носу. Поскольку есть его было нельзя, они пытались как следует насладиться хотя бы запахом свежей выпечки.

И все-таки всем людям из этой группы удалось соблюсти правила эксперимента: никто из них не съел ни кусочка печенья, хоть и изрядно настрадался душевно. Далее, тех же людей смешивали с группой студентов, которые вообще ничего не ели, и предлагали выполнить вторую часть эксперимента: сидеть и решать задачки. Каждый исследуемый должен был нарисовать геометрическую фигуру, не отрывая карандаша от бумаги, чтобы при этом линии не пересекались. Им сказали, что время решения не ограничено, однако не сказали, что задачка в принципе невыполнима. Следующие тридцать минут бессовестные ученые наблюдали за поведением участников и отмечали время, через которое оголодавшие студенты психанут и все бросят.

В среднем, люди, которые просто сидели перед печеньем и редиской, работали 20 минут перед тем, как признать свое поражение. Люди, поевшие печенья, продержались 19 минут. Люди, печально жевавшие редиску и вынужденные надавать сами себе по рукам за желание захавать печеньку в комнате, наполненной чудесным ароматом шоколада, бросали задачку через 8 минут. Баумайстр на этот счет отозвался так: «Похоже, на то чтобы устоять перед соблазном, затрачивается психическая энергия». Непостижимым образом, исследование свидетельствует о том, что чем больше вы удерживаете то, что Фрейд называл Ид, тем сложнее вам становится удерживать его. Фрейд объяснил бы это так: чем больше ваше эго борется с вашим ид, чем больше эго сдерживает ид, тем больше оно устает и истощается и ослабевает. С легкой руки Баумайстра такой процесс называется истощением эго.

Баумайстр и его неутомимые коллеги вскоре обнаружили множество других путей заставить людей отчаяться и бросить дело, не доведя его до конца. В ещё одном бессердечном исследовании участвовало три группы студентов. Одна группа должна была зачитать речь в поддержку повышения платы за образование в их колледже; вторая группа тоже готовила речь, но могла самостоятельно выбрать поддерживать снижение или повышение такой оплаты; третью группу сразу же отправили пытаться решать ту самую дьявольскую нерешабельную задачку с геометрической фигурой. На этот раз группа, не готовившая речь, и группа, готовившая речь, с которой сама же была слегка не согласна, продержались в два раза дольше, чем те, кому пришлось выбрать, о чем подготовить речь. Результаты исследования свидетельствуют о том, что дело не в сдерживании желания, а в наличии выбора как такового, который и истощает ваше эго. Студенты, которым не пришлось заморачиваться над выбором темы речи, позволили своей воле отдохнуть и запасы энергии их эго остались нетронутыми.

В ещё одном исследовании добровольцев просили попытаться не испытывать и не проявлять никаких эмоций при просмотре стендап-комика или актера, исполняющего роль человека, умирающего от рака. Затем они вместе с людьми, смотревшими те же выступления, но испытывавшими и выражавшими все, что они хотели, пытались решать лингвистические задачки. На этот раз люди, пытавшиеся контролировать свои эмоции, решили меньше задачек, чем те, кому их контролировать не пришлось.

В исследовании активного и пассивного выбора добровольцы искали все буквы «И» в куске бессвязного текста. Второй группе пришлось выискивать все «И», стоящие минимум в двух буквах от гласной. Потренируйтесь сами на этом абзаце и вы заметите, что задача первой группы значительно легче и не требует много усилий. Людям из второй группы потребовалось значительно больше времени, кроме того, им приходилось проверять, соблюдается ли правило про гласную. После этого каждый человек из обеих групп отдельно смотрел видеозапись пустой стены, держа в руке пульт. Для некоторых людей чтобы остановить видео, нужно было нажать кнопку. Для некоторых, наоборот, чтобы остановить видео, нужно было отпустить кнопку, которую они держали нажатой. Испытуемые должны были смотреть скучнейшее видео до тех пор, пока они не почувствуют, что готовы перейти к заполнению опросника по мотивам этого видео. В видео ничего не происходило, однако, как сообщили испытуемым, могло произойти в любой момент. Также каждому субъекту сказали, что после этого видео они будут смотреть клип из веселого субботнего ТВ-шоу.

Что касается людей из первой группы, выполнявшей легкое задание, то те, кому надо было нажать кнопку для остановки видео, закончили просмотр значительно быстрее, чем люди из второй группы; а те, кому надо было отпустить кнопку, продержали её дольше. Вторая, сильно уставшая ещё на первом задании, группа просто никак не сопротивлялась и таким образом совершала пассивный выбор в зависимости от случая. Если надо было нажать кнопку, они затягивали это. Если надо было удерживать кнопку нажатой, они отпускали её раньше. Из результатов исследования выходит, что концентрация внимания заставляет людей реже прибегать к принятию активных решений.

Огромный процент ваших мыслей и поступков являются автоматическими и неосознанными. Например, ни моргание, ни дыхание не требуют ваших сознательных усилий. Большая часть ваших действий, например, путь на работу или вытирание полотенцем после душа, совершается как будто само собой в то время, как ваш разум ударяется в размышления о «Игре престолов» или разработку коварного плана по выпрашиванию премии у директора. Когда вы обжигаетесь о горячее, вы отдергиваете руку не раздумывая. Ваши желания типа избегать темных переулков или получать обнимашки возникают без каких-либо ваших усилий. Настроение от песни, картины или котенка поднимается самостоятельно без волевого усилия. Огромная часть вашей психической жизни просто не подлежит вашему сознательному контролю, и исследования Баумайстра предполагают, что, как только вы встаете у штурвала, каждый волевой акт ослабляет последующий.

Наш разум можно сравнить с отвратительно сконструированным самолетом (в оригинале было про космический корабль, но самолет кажется нам более подходящим в качестве иллюстрации — прим. переводчика). Пока самолет летит по прямой, он потребляет мало топлива, но как только пилот поворачивает, поднимается или опускается, самолет начинает сжигать настолько огромное количество керосина, что в будущем управлять им станет невозможно. В какой-то момент вам просто придется поставить самолет на автопилот, чтобы он дозаправился, иначе он просто упадет.

В этой аналогии под управлением своим разумом подразумевается попытка принимать решения, не поддаваться соблазнам, подавлять эмоции и мысли и вообще «вести себя прилично» в соответствии с нормами вашей культуры. Отказ поддаться своим капризным импульсам, типа опустошить холодильник или прогулять пары, требует немного топлива силы воли, а чем больше вы его тратите, тем сложнее будет отказать себе в следующий раз. Все исследования Баумайстра свидетельствуют о том, что самоконтроль — это акт, требующий значительного напряжения, значительных усилий.

Когда ваше эго истощается, автоматические процессы становятся очевиднее, и каждая последующая попытка взять под контроль свои импульсы удается вам все хуже. Однако истощение эго — это не результат усталости. Конечно, когда вы хотите спать, пьете или марафоните :), устоять перед пирогом становится сложнее, но парадокс истощения эго заключается не в этом. В соответствии с результатами исследования система может износиться просто от регулярного употребления. Подавление или изменение своего поведения приводит к тому, что вам все сложнее откладывать удовольствие.

Ну, хорошо, так почему же студенты, попавшие под поезд отвержения, которым сказали, что никто не захотел продолжать общаться с ними после их заливистого щебетания на квазивечеринке, не смогли удержаться от судорожного запихивания в себя печенья? Похоже, что истощение эго работает в обе стороны. Попытка установить отношения требует много усилий и, таким образом, многое из того, что мы называем просоциальным поведением, включает в себя ряд вещей, которые истощают эго. Результат исследования социального отвержения свидетельствует о том, что в глубине души вы спрашиваете себя: «Так какого лешего мне контролировать себя, если всем до звезды, как я себя веду?»

Вам может на секундочку показаться, что вы сейчас выбросите в окно комп, сорвете с себя всю одежду и будете наматывать круги голыми по лесной поляне, но вы — конечно же — этого не сделаете. С различными мотивами разные люди восхищали общество своим одиночеством: Теодор Качински, Генри Дэвид Торо, Кристофер МакКэндлес (Александр Супербродяга) [Ted Kaczynski, Henry David Thoreau, Christopher McCandless], и это лишь немногие из них. Что касается этой троицы, большинство конечно не зашло настолько далеко, чтобы выбросить абсолютно все инструменты и атрибуты современной жизни. Если вы однажды решите послать материальный мир куда подальше и отправитесь жить в диких условиях, вы вряд ли забудете дома свои ботинки и — как минимум — складной нож. Не, ну, правильно, а вдруг медведи. Уйти от общества совершенно в одиночку — все равно очень захватывающая идея. Вам нравятся смотреть «Науку выживать» и «Выжить любой ценой». Вы перечитываете «Отверженных», «Робинзона Крузо» и «Жизнь Пи». Это в нашем разделенном опыте, любопытство и страх, идея полного исключения из своего окружения.

Остракизм — это доходчивый и болезненный опыт. Это слово означало форму серьезного наказания в древних Афинах и других крупных городах. Древние греки частенько изгоняли тех, кто не оправдывал доверия общества. Глиняные черепки, остраконы, использовались для голосования, которое определяло всю судьбу человека. Приматы типа нас выживают и процветают за счет того, что держатся вместе и формируют группы, поддерживая различные социальные ценности, вроде статуса и согласия, темперамента и мастерства, политической принадлежности и сексуального поведения, которые помогают избежать остракизма. Для примата исключение из группы — верная смерть. Даже среди ваших кузенов-шимпанзе исключение случается очень редко. Единственные шимпанзе, которые остаются в одиночестве, — это бывшие альфа-самцы, проигравшие в борьбе за власть.

Шимпанзе могут перестать играть или грумить друг друга, но исключают особь из группы они очень редко. Похоже, что так продолжается уже несколько тысячелетий. Человек сам по себе просто-напросто долго не протянет. Ваши предки выжили не только потому, что научились обороняться от пауков, змей и львов, но ещё и потому что научились заводить друзей и не бузить в родном стойбище. Именно поэтому при отвержении обществом вы чувствуете сильную боль глубоко внутри. У вас есть врожденная система для определения поведения, за которое вас могут подвергнуть остракизму. Люди, на которых нельзя положиться, которые не вносят свой вклад в общее дело, которые не делятся или осуждают чувства других людей, попадают в морозилку.

В этой большой картине воровство, насилие, убийство, мошенничество и т.д. вредят одним людям, зато удовлетворяют эгоистичные желания других «отщепенцев». Баумайстр и его команда в своей работе про социальное исключение пришли к выводу, что быть частью общества — значит соглашаться на сделку между собой и другими. Если вы можете себя контролировать и не вести себя эгоистично, вы можете остаться в обществе и наслаждаться такими преимуществами, как дружественное окружение и общество в целом, однако же, если вы нарушаете условия такой сделки, общество не будет долго с вами церемонятся. Поудаляют из друзей и отпишутся от Твиттера. Если речь идет о большей социальной группе, то посадят в тюрьму или что похуже.

В исследовании «вас никто не выбрал» ученые исходили из предпосылки, что саморегуляция — это элемент просоциального поведения, то есть за регуляцию своего поведения вы ожидаете какую-нибудь награду. «Нежеланные» люди почувствовали острый укол остракизма и сразу же оценили саморегуляцию своего поведения как бесполезную трату времени. Возможно, они подумали: «А, какого хрена! Зачем нужны правила, если всем пофиг!» В их топливном баке для силы воли образовалась дыра, и, сидя перед печенюшками, они уже не могли себя контролировать в отличие от остальных. Другие исследования показали, что если вы чувствуете себя нежеланным и отверженным, то вы хуже справляетесь с решениями задач, у вас пропадает мотивация к труду, вы больше курите, пьете и совершаете другие саморазрушающие действия. Отвержение убивает самоконтроль на корню, это одна из дорожек, ведущих в царство истощенного эго.

Ну что, теперь, зная все это, что там с эксцентричными предположениями, выдвинутыми доктором Фрейдом? Все эти разговоры о ментальной энергии, импульсах и культурном осуждении звучат так, как будто мы оцениваем идеи ид, эго и суперэго, не так ли? Ну, именно поэтому психологи затратили столько сил на то, чтобы вычислить, что именно истощается при истощении эго, и выяснилось, что это, возможно, глюкоза.

В 2000 году было опубликовано исследование, которое провели Джонотан Леваль, Шай Данзингер и Лиора Авниам-Пессо [Jonathan Leval, Shai Danziger, Liora Avniam-Pesso] из Колумбийского университета и университета Бен-Гурон, в котором было исследовано 1112 решений суда по вопросам условного освобождения за последние 10 месяцев. Ученые обнаружили, что сразу после завтрака и обеда судей ваши шансы быть отпущенными под честное слово были бы выше всего. В среднем, судьи давали условное освобождение 60% осужденным, если приходили на заседание, плотно покушав. Процент одобрений резко возрастал. Непосредственно перед перерывом на какаушко с печеньками судьи миловали только процентов 20 осужденных. Чем меньше глюкозы циркулировало по телам судей, тем неохотней они совершали активный выбор освободить человека и тем вероятней они прибегали к пассивном выбору: отложить вопрос решения судьбы человека на попозже.

Зависимость поведения от концентрации глюкозы подтверждается результатами ещё одного исследования Баумайстра, проведенного им в 2007 году. Испытуемые смотрели немое кино, в котором показывали говорящую женщину, а в правом нижнем углу появлялись разные слова. Задачка заключалась в том, чтобы эти слова игнорировать. Ученые измерили уровень глюкозы в крови испытуемых до и после эксперимента и сравнили их с результатами контрольной группы, которые наслаждались киношкой без каких-либо специальных указаний.

Разумеется, уровень глюкозы оказался значительно снижен у тех, кто пытался развидеть появляющиеся слова. Затем была проведена ещё серия экспериментов. В одном из них сразу после просмотра всё того же видеоролика испытуемые пили «Кулэйд» с сахаром или с сахорозаменителем «Спленда», после чего им предстояло выполнить ещё несколько заданий, которые по мнению ученых также истощали эго: шарады, геометрические задачки, испытания на эмоциональную сдержанность, испытания на подавление предвзятости, проверка на альтруизм и т.д. Оказалось, что испытуемые, думавшие, что чувствуют прилив энергии, справились с заданиями хуже, чем те, кто реально получил дозу глюкозы.

Получается, что, чтобы иметь хорошую силу воли и самоконтроль, принимать самостоятельные решения и не поддаваться капризам, нужно заранее хорошенько подкрепиться и выпить, что, конечно так себе новости, так как все и так только и заняты тем, что контролируют свой аппетит и алкоголизм.

Обратите внимание, что исследование так называемой ресурсной модели самоконтроля только началось и ещё не окончено. В некоторых экспериментах испытуемым удавалось предотвратить истощение своего эго, когда они получали подарок, глоток сладкой водички или возможность переключиться на более интересные занятия, что заставило ученых задуматься о том, не играет ли система вознаграждений головного мозга важную роль в феномене истощения эго, и что, возможно, концентрация глюкозы — это не единственный фактор. В качестве благодарственного реверанса в сторону Фрейда истощение эго до сих пор остается метафорой, под которой понимается нечто значительно более сложное, чем то, что нам пока что известно.

На настоящий момент понимание данного процесса огранивается такими наблюдениями: все функции головного мозга требуют топлива, при этом исполнительные функции требуют, похоже, больше всего топлива. Иными словами, исполнительная власть вашего разума имеет самые высокие операционные издержки. Исследования показывают, что при низком уровне глюкозы эти исполнительные функции страдают, и в результате мы наблюдаем состояние мозга, называемое истощение эго. Такое психическое состояние отбрасывает нас к манере рассматривать психе, которая было у Фрейда и его современников. На заре зарождения психологии мы бы сказали, что при ослаблении эго ид слетает с катушек. Но мы-то с вами теперь знаем, что это всего лишь результат недостатка глюкозы в префронтальной коре.

Запомните, котики, что бы там ни говорилось в книжках а-ля «сам себе психолог», исследования неумолимы: сила воли — это не навык. Если бы она была навыком, мы могли бы осуществлять все-все действия приблизительно одинаково. Но это не так, ведь чем жестче вы пытаетесь взять под контроль такую гигантскую систему, как вы сами, контроль все больше ослабевает. Чем сильнее вы пытаетесь не смеяться в церкви или классе, тем смешнее вам кажется любое тупейшее замечание, вплоть до того, что в конце концов вы выбежите из комнаты, истерично хрюкая от смеха.

Единственный способ избежать такого состояния разума — это предсказать все в вашей повседневной жизни, что может его вызвать, и избегать вещей, требующих усиленного волевого акта. Современная жизнь требует от людей больше самоконтроля, чем когда-либо. Одно только знание, что айпадик нуждается в вашей ласке, смартфончик переполнен обновлениями статусов, а лепрочка/пикабу/другой-источник-прокрастинации ждет ваши браузеры, требует уровня самоконтроля, доступного только человеческом мозгу. Каждая прихоть, от которой вам удалось устоять, делает сильней приступ следующей.

При этом угробить исполнительные функции легче легкого: не спать по ночам, хватануть пару стаканов на баре, сдержать язык за зубами на семейном ужине или в стопицотый раз пытаться проигнорировать истерики ребенка. Высокие должности приводят к усталости от решений, которая, в свою очередь, вызывает истощение эго, потому что принятие решений в прямом смысле является энергозатратным занятием, и если вы устаете — вы становитесь пассивным. После такого рабочего дня и появляются эти знаменитые овощные вечера перед телеком на диване, когда вы тупо щелкаете пультом с Дома-2 на обрезанную версию «Парка юрского периода» с назойливой рекламой, хотя двд с режиссерской версией лежит в тумбочке в пяти метрах от вас.

Оно, может, и хрен бы с ним, с этим телеком, но что если вы, например, работаете авиадиспетчером, кардиохирургом или решили похудеть на 100 кг. В таких случаях вам понадобится продумать план действий на будущее. Если хотите контролировать свой собственный мозг, чтобы принимать решения относительно поступающей в него информации от окружающего мира, а не просто делать, что сказали, не забывайте отдыхать. Гуляйте. Проспитесь. И пока ученые не разберутся до конца с истощением эго — не принимайте важные решения на пустой желудок.

Источник.

Влияние установок на личные воспоминания.

Были проведены два исследования, посвященные получению связи между установками и воспоминаниями о собственном поведении в прошлом. В обоих экспериментах применялся одинаковый подход. Во-первых, производилось воздействие на установки испытуемых, касающиеся предмета воспоминаний. Затем испытуемых просили вспомнить релевантные по отношению к заново сформированным установкам действия в прошлом. Было установлено, что установки могут оказывать направляющее влияние на воспоминания о событиях личной жизни. В данной статье обсуждается значение результатов, полученных при исследовании связей между установками, поведением и воспоминаниями.

Понятие «установка» в социальной психологии имеет неустойчивый статус. В известной цитате установка описана как «основной строительный блок в здании социальной психологии» (Allport, 1968). Однако в последние годы кое-кто из социальных психологов склонен согласиться с предложением Уикера (Wicker, 1971), что «возможно, стоит отказаться от понятия "установка"». Это разочарование вызвано тем фактом, что во многих случаях попытки спрогнозировать поведение с применением концепции установок оказываются неудачными (Calder & Ross, 1973; Wicker, 1969). Хотя эта точка зрения чрезмерно пессимистична (Ajzen & Fishbein, 1977; Fazio & Zanna, 1981), очевидно, что в этиологии многих форм поведения установки играют ограниченную роль.

Однако значение установок не ограничивается их ролью в прогнозировании поведения. Функция установок, рассматриваемая в данном исследовании, возникла в контексте работы Бартлетта (Bartlett, 1932), посвященной вспоминанию изображений и отрывков прозы. Бартлетт предположил, что установки влияют на память: «Воспоминания... это конструкция, основанная, главным образом, на установках, и ее главная функция — обоснование этих установок». Бартлетт вывел данное утверждение на основании воспоминаний испытуемых и их описания стимуляции этих воспоминаний.

После Бартлетта было проведено значительное количество исследований, связывающих когнитивные схемы и воспоминания. Эти исследования косвенно указывают на то, что установки могут влиять на память, — воспоминания могут искажаться под воздействием оценки и впечатлений. Например, в исследовании, посвященном проверке теории баланса Хайдера (Heider, 1958), Зайонц и Бернштейн (Zajonc & Burnstein, 1965) обнаружили, что при ошибочном вспоминании гипотетических связей отмечается тенденция к воспроизведению когнитивно сбалансированных структур, а не наоборот. Также обнаружилось, что на воспоминания о свойствах гипотетических личностей влияют впечатления испытуемых, сформированные после описания этих свойств ( Lingle, Geva, Ostrom, Leippe & Baumgardner, 1979; Snyder & Uranowitz, 1978).

Исследование гипотезы избирательного научения более тесно связано с нашей темой. Это исследование предоставило недостаточно убедительные доказательства связи установок и вспоминания. Левин и Мерфи (Levine & Murphy, 1943) сформулировали гипотезу избирательного научения так: «Человек обращает внимание и лучше запоминает те данные, которые согласуются с его установками, чем те, которые им противоречат». Подход, использованный Левином и Мерфи, а также последующими исследователями, заключается в том, что испытуемым предъявляют информацию, согласующуюся с их установками или же им противоречащую, а позднее просят воспроизвести этот материал. Хотя ранние исследования подтвердили эту гипотезу (см., например: Jones & Kohler, 1958; Levine & Murphy, 1943), последующие попытки часто давали противоречивые или негативные результаты (см., например: Greenwald & Sakumura, 1967). Современные сведения подтверждают, что гипотеза избирательного научения может быть применена только к некоторым типам людей (Olson, 1980).

Резонно ожидать, что установки могут влиять на припоминание отрывков прозы или высказываний, выражающих мнение человека. Например, любой, изучавший сложные эзотерические отрывки, использованные Бартлеттом, не будет удивлен, узнав, что испытуемые быстро забывали детали и реконструировали их, опираясь на смутные впечатления или направляющие установки.

Однако для социального психолога более интересен вопрос о том, направляют ли и формируют ли установки припоминание событий повседневной жизни. Таким образом, в настоящем исследовании мы изучали, влияют ли установки на припоминание событий из личной жизни. Нам не удалось обнаружить исследований влияния установок людей на их воспоминания об их собственном поведении. Возможная причина подобного пренебрежения заключается в том, что люди могут не основывать припоминание на установках. Например, многие из наших действий являются привычными, даже рутинными. В результате мы способны без труда извлекать их из памяти, вспоминая не каждое мгновение, а просто привычный ход событий. Во-вторых, действия вписаны в рамки социального контекста и контекста обстановки, что значительно ограничивает разнообразие потенциальных форм поведения. Таким образом, припоминание контекста может способствовать припоминанию вписанного в него поведения. В-третьих, многие установки свободно и многогранно связаны с разнообразным множеством форм поведения, а не с какой-то одной его специфической формой (Fishbein & Ajzen, 1974). Более того, с одной формой поведения может увязываться несколько разных установок, а некоторые формы поведения могут быть не связаны с какими-либо отчетливо выраженными установками. Таким образом, установки нередко выглядят как вспомогательное и необязательное средство припоминания действий в прошлом.

Учитывая все эти соображения, в данном исследовании мы рассматривали следующий вопрос: «Можно ли доказать, что установки оказывают направляющее влияние на припоминание поведения в прошлом, если условия эксперимента оптимальны для проявления такого влияния?» Чтобы ответить на этот вопрос, мы изменяли установки испытуемых, касающиеся предмета воспоминаний, а затем оценивали воспоминания, релевантные заново сформированным установкам.

Наш выбор схемы эксперимента и предмета установок основывался на нескольких соображениях. Во-первых, чтобы подвергнуть гипотезу справедливой проверке, необходимо вызвать достаточно значительные изменения установок. Было бы неудивительно, если бы незначительные изменения установок не затронули процесс припоминания поведения в прошлом. Магуайр (McGuire, 1964) показал, что наиболее уязвимы широко распространенные и редко подвергаемые сомнению убеждения («культурные трюизмы»). Поэтому для изменения мы выбрали две установки именно такой природы. Во-вторых, мы выбрали такие установки, для которых могли однозначно определить релевантные и специфические виды поведения. В-третьих, мы прибегли к методике, призванной уменьшить количество просьб вспомнить действия, которые могли быть связаны с установками. Таким образом, мы изменяли, но не оценивали установки испытуемых, отвечавших на вопросы об их поведении в прошлом. Эта методика была разработана для уменьшения вероятности того, что испытуемые воспримут эксперимент как попытку изучения связи между установками и припоминанием. Кроме того, вопросы, касающиеся поведения в прошлом, были включены в обширную анкету, которую давали испытуемым при проведении «второго эксперимента». Это второе исследование выглядело не связанным с первым, в котором производилось воздействие на установки. Наконец, для проверки эффективности воздействия на установки мы оценивали их у дополнительной группы испытуемых, которые не вспоминали поведения в прошлом.

Резюмируя, можно сказать, что цель настоящего исследования заключалась в изучении эффекта, оказываемого установками на припоминание событий из жизни человека. Влияют ли установки испытуемых на припоминание?

Эксперимент 1

Метод

Испытуемые. В роли испытуемых выступали 54 мужчины и 47 женщин, набранные из студентов Университета Ватерлоо; 35 испытуемых заполнили анкету, оценивающую установки, и еще 66 — анкету, оценивающую припоминание поведения. Сведения, полученные от четверых из испытуемых, не подвергались анализу. Трое из них подозревали о связи между двумя исследованиями, а четвертый неправильно заполнил анкеты. (Трое испытуемых, заподозривших связь между двумя экспериментами, оказались распределены по группам следующим образом: один в группе, с помощью которой оценивались установки, ее членам было предъявлено высказывание о негативном эффекте чистки зубов; еще один — в группе, с помощью которой оценивалось припоминание, ее членам было предъявлено высказывание о негативном эффекте чистки зубов; третий — в группе, с помощью которой оценивалось припоминание, ее членам было предъявлено позитивное высказывание о пользе умывания.)

Процедура проведения эксперимента. Установки для нашего эксперимента мы отобрали с помощью предварительного тестирования. В студенческом городке были опрошены по ряду вопросов о здоровье 28 студентов. Их ответы оценивались по 7-балльной шкале (1 = полностью не согласен; 7 = полностью согласен). Этот предварительный тест помог определить два наиболее часто встречавшихся высказывания: «Для здоровья важно принимать душ по меньшей мере один раз в день» (М = 5,41, SD = 1,07) и «Для профилактики заболеваний полости рта важно чистить зубы после каждого приема пищи» (М = 5,83, SD = 1,34). Чистка зубов является одним из культурных трюизмов, использованных Магуайром (McGuire, 1964).

При проведении эксперимента части испытуемых были предъявлены позитивные и негативные высказывания, касающиеся чистки зубов; остальным были представлены позитивные и негативные высказывания о частом принятии душа. Затем в рамках второго эксперимента испытуемых попросили указать свое отношение к релевантным элементам (чистка зубов и принятие душа) или же то, как часто они чистили зубы и принимали душ за последние две недели.

В самом начале эксперимента с испытуемыми связывались по телефону. Звонивший представлялся секретарем психологического факультета. Испытуемым сообщали, что они примут участие в двух коротких исследованиях, следующих одно за другим; в первом исследовании якобы изучались факторы, влияющие на эффективность общения, а во втором — связь между типом личностью и образом жизни.

Участники эксперимента собирались в комнате группами от двух до пяти человек. Экспериментатор объяснял, что им предстоит прослушать записи передач университетского радио, посвященных проблемам здоровья. Испытуемым также сообщали, что такие программы обычно представляют собой короткое интервью со специалистом в области медицины или общественных наук.

Испытуемым рассказали, что они должны прослушать два таких интервью и записать наиболее важные моменты. Их проинформировали, что экспериментатору важно определить, будет ли наблюдаться согласие между неспециалистами при определении ключевых моментов. Кроме того, их попросили привести аргументы в поддержку представленных данных. Испытуемых предупредили, что их суждения и аргументы будут использованы при составлении призывов к здоровому образу жизни, которые, в конечном счете, будут представлены канадской общественности. Их попросили не подписывать анкеты; ответы были анонимными.

Испытуемых разместили в отдельных комнатах, где они через наушники прослушивали записи. Сначала предъявлялось нейтральное сообщение, призывавшее пристегивать автомобильные ремни безопасности, а затем предъявлялась позитивная или негативная информация о чистке зубов или принятии душа.

Интервью по поводу чистки зубов и принятия душа проводились якобы представителями Канадской стоматологической ассоциации или, соответственно, Канадской медицинской ассоциации. В позитивном сообщении о чистке зубов специалист рассказывал, что частая чистка зубов укрепляет зубную эмаль и защищает зубы и десны от заболеваний. В негативном сообщении тот же специалист утверждал, что частая чистка зубов щеткой опасна: абразивные зубные пасты вызывают эрозию эмали, кроме того, можно повредить десны, что приведет к инфицированию и потере зуба. Далее подчеркивалось, что чистка зубов при помощи зубной нити предпочтительнее, чем чистка зубов щеткой.

В позитивном сообщении о влиянии душа на организм специалист рассказывал, что редкое принятие душа может повлечь за собой заболевания кожи и что избавиться от неприятного запаха можно только при регулярном применении мыла и воды. В негативном сообщении о душе он же утверждал, что при частом принятии душа удаляется слой кожи, защищающий человека от инфекций, и, кроме того, это усиливает Влияние установок на личные воспоминания.

Интервью о ремнях безопасности проводилось якобы представителем отдела безопасности правительства Онтарио; в нем призывалось чаще использовать ремни безопасности. Эта запись должна была скрыть связь между двумя исследованиями. Анкета, заполнявшаяся при втором исследовании, не содержала вопросов, касающихся ремней безопасности.

После того как испытуемые прослушали записи и сделали свои оценки, их поблагодарили и отпустили. Они вернулись в комнату ожидания, после чего экспериментатор, проводивший второе исследование, привел их в «комнату для проведения опросов». Испытуемым предложили заполнить анонимную анкету, призванную выявить связь между типом личности и образом жизни. Им сообщили, что предыдущие исследования связи типа личности и образа жизни были сосредоточены на отклоняющихся от нормы личностях и их повседневной деятельности и что настоящее исследование посвящено изучению этой связи у нормальных людей.

Испытуемые, вспоминавшие поведение, заполняли вариант анкеты с вопросами, в которых их просили оценить регулярность действий, производившихся ими в течение двух последних недель. Вопросы-мишени находились среди прочих многочисленных вопросов, касавшихся здоровья: «Как часто вы чистили зубы щеткой за последние две недели? а) после завтрака, б) после ланча, в) после обеда» и «Как часто вы принимали душ за последние две недели? а) утром, б) между 10 часами утра и 6 часами вечера, в) вечером».

Испытуемые из групп, в которых выявлялись установки, высказывали свое мнение по поводу тех же видов повседневной деятельности, что и в версии анкеты, посвященной припоминанию. При оценке отношения к двум основным пунктам использовались три 9-балльные семантические шкалы. Пункты были сформулированы следующим образом: «Чистка зубов щеткой после каждого приема пищи: важна — не важна, укрепляет здоровье зубов — не укрепляет здоровье зубов, полезна — вредна», и «Частое принятие душа: делает кожу более здоровой — не делает кожу более здоровой, гигиенично — негигиенично, полезно — вредно».

После ответа на вопросы, касающиеся припоминания или мнения, испытуемые заполняли раздел анкеты, выявляющий личностные характеристики. Личностные характеристики выявлялись при помощи шкалы самоконтроля Снайдера (Snyder, 1974). Кроме того проверялось, не зародились ли у испытуемых подозрения о цели эксперимента. Они заполняли анонимную анкету, в которой требовалось описать цели исследования и непонятные или необычные аспекты метода. Испытуемые, уловившие связь между двумя исследованиями, опрашивались экспериментатором. Им сообщали о целях эксперимента и производили детальный опрос о тестах, вызвавших подозрения.

Результаты

Изменения установок. Суммировались три семантических дифференциала по каждой теме, при этом негативным установкам соответствовали более высокие баллы. В анкетах, выявляющих установки, все испытуемые отвечали на вопросы, касающиеся и чистки зубов, и принятия душа. Таким образом, группы, прослушавшие доклад о чистке зубов, выступали контрольными по отношению к группам, прослушавшим доклад о принятии душа, и наоборот. Усредненные установки для каждого случая приведены в табл. 1. Испытуемые, прослушавшие позитивные сообщения, были более благожелательно настроены по отношению к чистке зубов и принятию душа, чем испытуемые, прослушавшие негативные сообщения. Для чистки зубов t (7,36) = 3,46, р < 0,002; для принятия душа t (8,03) = 5,23, р < 0,001.'

'Значения использованных степеней свободы были дробными числами, потому что дисперсии были гетерогенными и подсчитывалось отдельное значение дисперсии t. Этот метод описай у Майерса (Myers, 1979).

Установки испытуемых контрольной группы походили на установки испытуемых, выявленные предварительными тестами, и были позитивными. Следовательно, не вызывал удивления тот факт, что именно негативное сообщение оказывало более сильное влияние на установки. У испытуемых, прослушавших негативные сообщения о чистке зубов и принятии душа, наблюдались более ярко выраженные негативные установки по отношению к этим видам деятельности, чем у контрольной группы испытуемых. Для чистки зубов щеткой t(7,45) = 3,25, р < 0,01; для принятия душа t(22) = 3,34, р < 0,003. Тенденция, заключающаяся в том, что у испытуемых, прослушавших позитивное сообщение, отмечались более позитивные установки, чем у контрольных испытуемых, достигала уровня статистической значимости только в случае сообщения о принятии душа, t( 19,48) = 2,07, р < 0,052.

Таблица 1. Среднестатистические установки и припоминания поведения в первом эксперименте

  Чистка зубов Принятие душа
Позитивное сообщение Контроль  Негативное сообщение  Позитивное сообщение  Контроль  Негативное сообщение
Установка  
М 3,62 4,17 12,75 3,70 5,87 11,63
n 8 18 8 10 16 8
Припоминание поведения  
М 35,85 32,8 28,62 11,06 11,35 10,89
n 13 36а 13 18 26 19

Примечание. Чем выше значение установки, тем более негативна установка. Значения припоминания поведения показывают то, сколько раз испытуемые чистили зубы или принимали душ за последние две недели.

а n в данном случае равно 36, а не 37, потому что один из испытуемых не ответил на релевантный контрольный вопрос.

Припоминание поведения. Испытуемые, прослушавшие негативное высказывание о чистке зубов, сообщили, что за последние две недели они чистили зубы значительно меньшее количество раз, чем испытуемые, прослушавшие позитивное высказывание: t(24) = 2,16, р < 0,05 (средние значения показаны в табл. 1). Однако различия между результатами групп, члены которых прослушали негативное и позитивное отрицательное и положительное высказывания о принятии душа, были малыми и статистически незначимыми (t < I).2

2Результаты не изменялись, если при анализе учитывались данные тех испытуемых, которые подозревали о целях исследования.

Еще раз отметим, что испытуемые, прослушавшие «убеждающее» сообщение по одной из целевых тем, рассматривались как контрольная группа по отношению к испытуемым, прослушавшим «убеждающее» сообщение подругой целевой теме. Среднее значение припоминания поведения «контрольных» испытуемых было промежуточным и незначительно отличалось от средних значений припоминания поведения испытуемых, прослушавших позитивное и негативное (t(36,4) = 1,20, р < 0,24 и t(47) = 1,20, р < 0,24 соответственно) сообщения о чистке зубов. Это контрольное среднее значение было фактически идентичным средним значениям, полученным у испытуемых, прослушавших позитивное и негативное сообщения о принятии душа (ts < 1).

Обсуждение

Выяснилось, что установки, касающиеся чистки зубов и принятия душа, заметно изменились. Однако воздействие установок на припоминание поведения обнаружилось только в случае, касающемся чистки зубов.

Существуют некоторые различия между действиями этих двух типов, не исключено, что именно они являются причиной противоречия в результатах, касающихся припоминания поведения. Принятие душа занимает больше времени, чем чистка зубов, и является более сложной последовательностью различных действий. Кроме того, испытуемые обычно принимали душ не чаще чем один раз в день. Возможно, по этим причинам принятие душа является более «ярким» и запоминающимся событием, чем чистка зубов, и поэтому его сложнее забыть, особенно если речь идет о небольшом промежутке времени.

В свете сказанного выше выглядит правдоподобным предположение, что для заметного воздействия измененных установок на припоминание поведения требуется более длительный период времени, чем две недели. С целью проверить эту гипотезу мы воспроизвели условие припоминания о принятии душа во втором эксперименте, при этом испытуемых просили вспомнить, сколько раз они принимали душ в течение последнего месяца, а не двух недель.

Эксперимент 2

Метод

Испытуемые. Испытуемыми являлись двенадцать женщин и тридцать мужчин из числа студентов Университета Ватерлоо. Четверо испытуемых (трое в группе, членам которой было предъявлено негативное высказывание о принятии душа, и один в группе, членам которой было предъявлено позитивное высказывание) подозревали о связи между двумя экспериментами, поэтому ответы этих испытуемых не анализировались.

Процедура проведения эксперимента. Использовались те же записи с описанием позитивных и негативных эффектов принятия душа, что и в предыдущем эксперименте. Вопросы, касающиеся припоминания о принятии душа, были изменены: испытуемых просили указать, сколько раз они принимали душ за последний месяц. Нейтральные вопросы анкеты также изменились и служили для выявления оценки припоминания за период времени, равный месяцу.

Результаты

Испытуемые, прослушавшие негативное высказывание о принятии душа, сообщали о меньшем количестве случаев принятия душа за предшествующий месяц (М = 17,15), чем испытуемые, прослушавшие позитивное высказывание (М = 25,33), t(36) = 2,51, р < 0,02. Таким образом, изменение периода припоминания с двух недель до месяца привело к предполагаемому эффекту (см. сноску 2). Из-за того, что в данном исследовании использовался лишь один тип сообщений, контрольное сравнение не производилось.

Самоконтроль и связь между установками и припоминанием

Шкала самоконтроля была включена преимущественно для того, чтобы предоставить испытуемым логическое обоснование отличий второй части исследования от первой. Однако, основываясь на данной Снайдером (Snyder, 1979) характеристике людей с низким и высоким уровнями самоконтроля, можно было ожидать, что у людей с низким уровнем самоконтроля будет наблюдаться адаптация воспоминаний о поведении к текущим установкам. Так как поведение людей с низким уровнем самоконтроля обычно соответствует их установкам, эти установки могут быть тем признаком, по которому подобные люди вспоминают свое поведение. Аналогичная функция у людей с высоким уровнем самоконтроля будет в меньшей степени обеспечиваться их установками, так как их поведение чаще управляется ситуацией, а не установками (Snyder, 1979).

Сравнение испытуемых с низким и высоким уровнями самоконтроля в обоих экспериментах в некоторой степени подтвердило данное высказывание. В первом эксперименте испытуемые с низким уровнем самоконтроля, прослушавшие негативное сообщение о чистке зубов (М = 26,43), отмечали, что чистили зубы значительно реже, чем испытуемые с низким уровнем самоконтроля, прослушавшие позитивное сообщение (М — 38,00), t(22) = 2,29, р < 0,05. Это различие у испытуемых с высоким уровнем самоконтроля было незначительным (в случае негативного сообщения о чистке зубов М = 31,1; в случае позитивного сообщения М — 34,5; t < 1). Аналогично, во втором эксперименте испытуемые с низким уровнем самоконтроля, прослушавшие негативное сообщение о принятии душа (М = 14,20), отмечали, что принимали душ меньшее количество раз, чем испытуемые с низким уровнем самоконтроля, прослушавшие позитивное сообщение о принятии душа (М = 27,40), t(27) ч 2,28, р < 0,05. Результаты испытуемых с высоким уровнем самоконтроля, прослушавших негативное сообщение о принятии душа (М = 19,20), незначительно отличались от результатов испытуемых с высоким уровнем самоконтроля, прослушавших позитивное сообщение (М = 25,50; t — 1,16, р < 0,30).3

3Отметим, что не наблюдалось связи между уровнем самоконтроля и изменением установок (для принятия душа F — 1,69; для чистки зубов F < 1) и что опрос контрольных групп показал, что испытуемые как с низким, так и с высоким уровнями самоконтроля при отсутствии «убеждающего» сообщения отмечали одинаковую частоту принятия душа или чистки зубов (ts < 1).

Однако к этим данным следует относиться с осторожностью. Двухстороннее взаимодействие между самоконтролем и направленностью «убеждающего» сообщения не было статистически значимым в обоих экспериментах (F( 1,22) = 1,44, р < 0,25 в эксперименте 1 и F(l,27) < 1 в эксперименте 2). Также следует учесть, что переменная ns имела небольшое значение, от 5 до 10 испытуемых. Тем не менее данный паттерн довольно интересен, и вполне оправданно его повторение с большими значениями ns.

Общее обсуждение

Результаты проведенных исследований указывают на то, что в отдельно взятых, тщательно контролируемых условиях установки могут оказывать непосредственное влияние на припоминание событий из личной жизни. По-видимому, установка выступает в роли признака, по которому из памяти извлекается информация. Люди или реконструируют свои действия в свете установок или сосредоточиваются на том подмножестве различных форм поведения, которое согласуется с установкой. Настоящее исследование не устанавливает, можно ли этот эффект извлечения объяснить только в терминах обработки информации (различные признаки, то есть установки, приводят к извлечению различной информации) или при его обосновании следует учитывать мотивацию испытуемых. (Данные, согласующиеся с установками, вызывают положительные эмоции, а данные, не согласующиеся с установками, вызывают отрицательные эмоции, что приводит к избирательному отбору согласующихся данных). Приведенная выше цитата из Бартлетта допускает обе возможности и выглядит в настоящее время наиболее обоснованным предположением.

Полученные данные также показывают, что даже в рамках нашего экспериментального подхода установки не всегда влияют на воспоминания о поведении в прошлом. Результаты первого эксперимента, касающиеся воспоминаний о принятии душа, наводят на мысль, что установки могут не влиять на реконструктивную память, если поведение «яркое» или вспоминается без труда. Отметьте, что данное отсутствие влияния противоречит интерпретациям значимых результатов с точки зрения простых требований и желания показать себя в выгодном свете. Если у испытуемых имелось предположение о целях эксперимента и они отвечали на вопросы исходя из этого предположения или же так, чтобы представить себя в выгодном свете, они, несомненно, могли поступить аналогичным образом и при ответе на вопросы первого эксперимента, касающиеся частоты принятия душа за двухнедельный период. Но они этого не делали.

Существуют две другие причины возражать против интерпретации данных с точки зрения желания показать себя в выгодном свете. Во-первых, анонимность ответов испытуемых и разделение исследования на части, касающиеся установок и припоминания поведения, должны были уменьшить желание испытуемых показать себя с лучшей стороны. Во-вторых, характеристика самоконтроля, данная Снайдером (Snyder, 1979), свидетельствует, что люди с высоким уровнем самоконтроля чаще стремятся показать себя в выгодном свете, чем люди с низким уровнем самоконтроля. Таким образом, если предположить, что влияние установок на поведение опосредовано желанием преподнести себя наилучшим образом, это влияние должно быть выражено более заметно у испытуемых с высоким уровнем самоконтроля. Тем не менее данное влияние было более сильным у испытуемых с низким уровнем самоконтроля, что согласуется с предположением, что припоминание управляется установками, а не желанием показать себя в выгодном свете.

Настоящее исследование подтвердило, что установки влияют на припоминание, в то время как многие исследования избирательного научения не смогли доказать существование подобной избирательности (например: Greenwald & Sakumura, 1967). К притиворечивым результатам может приводить применение различных подходов. В типичном исследовании избирательного научения испытуемым сообщают аргументы обеих сторон, касающиеся какой-либо темы. Логично было бы ожидать, что испытуемые лучше запомнят аргументы, согласующиеся с их установками, а не наоборот, но методика исследования подразумевает вовлечение факторов, которые могут влиять на память и затемнять связь между установками и припоминанием. Например, относительная известность или новизна аргументов может влиять на позицию испытуемого по отношению к представленной теме. Для многих испытуемых аргументы, противоречащие их установкам, могут быть новостью и привлекать к себе большее внимание, чем аргументы, согласующиеся с установками (Greenwald & Sakumura, 1967). Из-за того, что и внимание, и известность аргументов способствуют запоминанию, могут отсутствовать различия при припоминании известных согласующихся и новых противоречащих аргументов. Из-за того, что на запоминание влияет и степень сосредоточенности, и степень знакомства с аргументами, могут отсутствовать различия при припоминании слышанных ранее, согласующихся с установками аргументов или новых, противоречащих установкам.

Настоящая методика позволяет обойти это затруднение. Источником припоминания является собственная жизнь испытуемого, а не предоставленные экспериментатором данные, содержащие не слышанные ранее аргументы. Более того, несовместимость установок и поведения может вызвать отрицательные эмоции и, следовательно, более сильную мотивацию, направленную на уменьшение несоответствия, чем несовместимость установок и информации, предоставленной экспериментатором.

Ряд исследований, проведенных Федером (Feather, 1969а, 1969b, 1969с), и недавний эксперимент Уэлдона и Малпасса (см. примечание 1) подтверждают наличие разногласий по этому поводу Федер просто просил испытуемых перечислить аргументы, уместные в конкретном случае. Оказалось, что испытуемые отмечают большее количество аргументов, поддерживающих их позицию, а не противоречащих ей. Таким образом, подтвердилось наличие избирательности в случае, если припоминание основывается на личном опыте, а не на экспериментально отобранных данных. В дополнение к этому Уэлдон и Малпасс (см. примечание 1) показали, что при использовании стандартной методики избирательного научения припоминание и установки связаны в случае, если они контролируются такими факторами, как известность аргументов и интеллектуальные навыки.

Полученные нами результаты дополняют предшествующие исследования установок, форм поведения и воспоминаний о поведении. Предыдущие исследования показали, что: 1) установки могут иногда направлять поведение (Ajzen & Fishbein, 1977; Fazio & Zanna, 1978); 2) поведение может оказывать влияние на установки (Bern, 1972); 3) текущее поведение может влиять на припоминание прошлых установок (Bern & McConnell, 1970); 4) на текущие установки влияет избирательное припоминание форм прошлого поведения (Salancik, 1974). Настоящее исследование выявило еще одну связь: установки могут влиять на припоминание поведения в прошлом.

Интересно рассмотреть возможные зависимости между выявленными причинно-следственными связями. Например, результаты этого эксперимента имеют методологическое значение при изучении взаимовлияния между установками и поведением. В некоторых исследованиях, изучающих влияние установок на поведение, припоминание действий, связанных с установками, выступало средством оценки поведения (см., например: Fishbein & Ajzen, 1974; Kahle & Berman, 1979; Ostrom, 1969). Наше исследование показывает, что установки могут влиять на припоминание поведения; выявленный в результате уровень согласованности установок и поведения в вышеуказанных исследованиях может быть ошибочно завышен (т. е. установки могут оказывать более сильное влияние на припоминание поведения, чем на само поведение). Вероятность наличия такой проблемы является еще одной причиной, почему фактическое поведение должно изучаться в исследованиях подобного рода, хоть мы и понимаем, насколько сложными они могут оказаться.

В дополнение к сказанному добавим, что вполне возможно постулировать существование цепи обратных связей между припоминанием поведения и установками. Настоящее исследование подчеркивает, что установки могут влиять на припоминание прошлого поведения. Отсюда следует, что обзор действий, совершенных в прошлом, может привести человека к выводу (возможно, неверному), что эти действия согласуются с его нынешними установками, и, следовательно, усилит имеющиеся установки.

Однако это еще не все. Фазио и Занна (Fazio & Zanna, 1981) доказали, что чем сильнее люди убеждены в своих установках, тем больше данные установки влияют на будущее поведение. Таким образом, подобно самоисполняющимся пророчествам, припоминание поведения может усилить влияние установок на будущее поведение и повысить согласованность между установками и поведением.

В целом результаты нашего исследования согласуются с мнением Гринуолда (Greenwald, 1980), который охарактеризовал эго, или «я», как аналог тоталитарного политического режима, при котором история пересматривается и фальсифицируется с точки зрения текущих интересов. Люди нередко обходятся со своими воспоминаниями как историки-ревизионисты.

Примечание 1

Weldon, Р. Е., and Malpass, R S. The effects of attitudinal, cognitive, and situational variables on recall of biased communications. Unpublished manuscript, University of Washington, 1980.

Литература

  • Ajzen, I., And Fishbein, M. Attitude-behavior relations: A theoretical analysis and review of empirical research. Psychological Bulletin, 1977,84,888-918.
  • Allport, G. W. The historical background of modern social psychology. In G. Lindzey and E. Aronson (Eds.), The handbook of social psychology (Vol. 1). Reading, Mass.: Addison-Wesley, 1968.
  • Bartlett, E С. Rememtering A study in experimental social psychology. Cambridge, England: Cambridge University Press, 1932.
  • Bern, D. J. Self-perception theory. In L. Berkowitz (Ed.), Advances in experimental social psychology (Vol. 6). New York: Academic Press, 1972.
  • Bern, D. J., and Mcconnell, H. K. Testing the self-perception explanation of dissonance phenomena: On the salience of premanipulation attitudes. Journal of Personality and Social Psychology, 1970,14,23-31.
  • Calder, B. J., and Ross, M. Attitudes and behavior. Morristown, N.J.: General Learning Press, 1973.
  • Fazio, R. H., and Zanna, M. P. On the predictive validity of attitudes: The roles of direct experience and attitude. Journal of Personality, 1978,46,228-243.
  • Fazio, R. H., and Zanna, M. P. Direct experience and attitude-behavior consistency. In L. Berkowitz (Ed)., Advances in experimental social psychology (Vol. 14). New York: Academic Press, 1981.
  • Feather, N. T. Attitude and selective recall. Journal of Personality and Social Psychology, 1969,12,310-319 (a).
  • Feather, N. T. Cognitive differentiation, attitude strength, and dogmatism. Journal of Personality, 1969,37,111-126 (b).
  • Feather, N. T. Differentiation of arguments in relation to attitude, dogmatism, and tolerance of ambiguity. Australian Journal of Psychology, 1969,21,21-29.
  • Fishbein, M., And Ajzen, I. Attitudes toward objects as predictors of single and multiple behavioral criteria. Psychological Review, 1974,81,59-74.
  • Greenwald, A. G. The totalitarian ego: Fabrication and revision of personal history. American Psychologist, 1980,35,603-618.
  • Greenwald, A. G., and Sakumura, J. S. Attitude and selective learning Where are the phenomena of yesteryear? Journal of Personality and Social Psychology, 1967,7,387-397.
  • Heider, P. The psychology of interpersonal relations. New York: Wiley, 1958.
  • Jones, E. E., and Kohler, R. The effects of plausibility on the learning of controversial statements. Journal of Abnormal and Social Psychology, 1958,57,315-320.
  • Kahle, L. R., and Berman, J. J. Attitudes cause behaviors: Across-lagged panel analysis, Journal of Personality and Social Psychology, 1979,37,315-321.
  • Levine, J. M., and Murphy, G. The learning and retention of controversial statements. Journal of Abnormal and Social Psychology, 1943,38,507-517.
  • Lingle, J. H., Geva, N.. Ostrom, Т. M., Leippe, M. R., And Baumgardner, M. H. Thematic effects of person judgments on impression organization. Journal of Personality and Social Psychology, 1979,37,674-687.
  • McGuire, W. J. Inducing resistance to persuasion: Some contemporary approaches. In L. Berkowitz (Ed.), Advances in experimental social psychology (Vol. 1). New York: Academic Press, 1964.
  • Myers, J. L. Fundamentals of experimental design. Boston: Allyn & Bacon, 1979.
  • Olson, J. M. Selective recall: Attitudes, schemata, and memory. Unpublished doctoral dissertation, University of Waterloo, 1980.
  • Ostrom, Т. M. The relationship between the affective, behavioral, and cognitive components of attitude. Journal of Experimental Social Psychology, 1969,5,12-30 *
  • Salancik, J. R. Inference of one's attitude from behavior recalled under linguistically manipulated cognitive sets. Journal of Experimental Social Psychology, 1974,10, 415-427.
  • Snyder, M. Self-monitoring of expressive behavior. Journal of Personality and Social Psychology, 1974,30, 526-537.
  • Snyder, M. Self-monitoring processes. In L. Berkowitz (Ed.), Advances in experimental social psychology (Vol. 12). New York: Academic Press, 1979.
  • Snyder, M., and Uranowitz, S. W. Reconstructing the past: Some cognitive consequences of person perception. Journal of Personality and Social Psychology, 1978, 36,941-950.
  • Weldon, P. E., and Malpass, R. S. The effects of attitudinal, cognitive, and situational variables on recall of biased communications. Unpublished manuscript, University of Washington, 1980.
  • Wicker, A. W. Attitudes versus actions: The relationship of verbal and overt behavioral responses to attitude objects. Journal of Social Issues, 1969,25,41-78.
  • Wicker, A. W. An examination of the «other variables* explanation of attitude-behavior inconsistency. Journal of Personality and Social Psychology, 1971,19,18-30.
  • Zajonc, R. В., and Burnstein, E. The learning of balanced and unbalanced social structures. Journal of Personality, 1965, 33,570-583.

Источники:

  1. The Journal of Personality and Social Psychology, T. 10. N4, 1981
  2. Общественное животное. Исследования. Том 1. Под ред. Э. Аронсона. — М. 2003

© М. Росс, К. Макфарланд, Г. Флетчер

Я слепой — а на улице весна…

 

Ясным майским утром один молодой человек увидел у стены парка мужчину, примерно его возраста, просившего милостыню. Рядом с ним стоял плакат, представлявший собой надпись от руки на обломке доски: «Я слепой». Эта мольба явно не трогала сердца жителей и туристов большого города, торопливо проходивших мимо. Если не считать нескольких монеток, миска для сбора подаяния была пуста.

Тронутый этим печальным зрелищем, прохожий подумал о том, чего лишён этот несчастный молодой человек в такой чудесный день, и подошёл к нищему.

— Я не могу дать вам денег, — виновато объяснил он нищему, — потому что сам несколько месяцев без работы. Но, если вы не против, я могу помочь вам другим способом. Я бы хотел внести кое-какие изменения в вашу просьбу о помощи.

Удивлённый нищий некоторое время колебался, а затем пожал плечами:

— Ладно, делайте, что хотите. Но должен вам сказать, что вряд ли найдутся слова, способные пробудить жалость у жителей этого города к очередному попрошайке.

Молодой мужчина извлёк из кармана маркер, приписал на плакате несколько слов и продолжил свой путь.

К концу дня он возвращался через парк и, проходя мимо нищего, с удовлетворением отметил, что новый плакат доказал свою эффективность в раскрытии сердец и кошельков прохожих. Миска была полна денег, причём не только мелких монет, но даже пяти- и десятидолларовых купюр.

— Дела у вас пошли гораздо лучше, — сказал он нищему.

— Точно, — ответил тот, а затем, узнав голос молодого человека, озадаченно спросил: — Что вы сделали с моим плакатом?

— Я всего лишь добавил несколько слов, — объяснил прохожий. — Но ничего такого, что было бы неправдой. Теперь там написано: «Я слепой — а на улице весна…»

  • Мысль дня +

    Наш большой недостаток в том, что мы слишком быстро опускаем руки. Наиболее верный путь к успеху – все время пробовать еще один раз. Томас Эдисон.
  • Интересный факт +

    Люди, которые говорят очень быстро, склонны иметь большой объем рабочей памяти. Read More
  • 1

Свежайшее:

Три лица жертвы — Треугольник Карпмана.

Социальная психология2015-05-29 07:57:33

Read more

Как защитить свою психику. Методы психологической защиты.

Образ жизни2015-05-29 07:53:49

Read more

"Игры разума" в голове невротика.

Образ жизни2015-05-29 07:50:15

Read more

Толерантность к унижению.

Социальная психология2015-05-29 07:42:55

Read more

По ту сторону свободы и достоинства (Beyond Freedom and Dignity). Б.Ф. Скиннер. (продолжение №3)

Социальная психология2015-05-29 07:19:42

Read more

По ту сторону свободы и достоинства (Beyond Freedom and Dignity). Б.Ф. Скиннер. (продолжение №2)

Социальная психология2015-05-29 06:57:29

Read more

По ту сторону свободы и достоинства (Beyond Freedom and Dignity). Б.Ф. Скиннер.

Социальная психология2014-09-18 11:31:42

Read more

По ту сторону свободы и достоинства (Beyond Freedom and Dignity). Б.Ф. Скиннер. (продолжение №1)

Социальная психология2014-09-18 11:30:31

Read more

Двойные послания в детстве, ведущие к психической травме.

Эволюция и развитие2014-08-27 12:17:34

Read more

Мозг мужчины и мозг женщины.

Нейропсихология2014-08-27 11:05:05

Read more

Коллега, страдающий нарцисизмом.

Социальная психология2014-08-27 11:00:48

Read more

Разница между опытом и памятью. Два ваших Я в любой момент времени.

Бизнес и карьера2014-08-26 14:55:32

Read more

Сила воли — это конечный ресурс.

Социальная психология2014-08-26 10:32:01

Read more

Влияние установок на личные воспоминания.

Социальная психология2014-08-26 09:57:47

Read more

9 законов счастливых отношений.

Отношения и семья2014-08-25 17:56:20

Read more

Золотые правила родителя.

Отношения и семья2014-08-25 14:05:32

Read more

"Почему я одинока?" Причины одиночества у женщин.

Отношения и семья2014-08-25 13:03:23

Read more

Я слепой — а на улице весна…

Социальная психология2014-08-25 12:47:57

Read more

Интересные факты о любви.

Отношения и семья2014-08-24 14:34:26

Read more

Какие слова не стоит говорить маленькому ребенку.

Отношения и семья2014-08-24 10:12:51

Read more

Агрессивное поведение – триггеры и причины.

Социальная психология2014-08-23 19:20:25

Read more

Эксперимент Аша. Мнения окружающих и социальное давление.

Социальная психология2014-08-22 13:19:23

Read more

Как распознать манипулятора и разорвать с ним связь.

Социальная психология2014-08-21 18:20:21

Read more

Что толкает нас на ложь.

Социальная психология2014-08-19 19:17:04

Read more

«Если твоё желание не исполняется, значит оно ещё не оплачено».

Бизнес и карьера2014-08-18 18:15:40

Read more
  • Запахи и воспоминания

    Почти каждый испытывал в жизни это чувство, когда слабый аромат чего-то поднимает в памяти давно забытые моменты прошлого из глубин подсознания. Часто мы забыли об Read More
  • Чувственные (сексуальные) сигналы

    Человеческие феромоны являются горячей темой научных исследований. Они не имеют запаха химических веществ, позволяющих инструменту обоняния почувствовать их носом. Некоторые ученые полагают, что понимание этой Read More
  • Психология памяти

    Память лежит в основе каждой мысли, которую мы когда-либо имели, и всего, что мы когда-либо изучили прошли или сказали. Память лежит в основе познавательной психологии Read More
  • Нейропсихология

    Нейропсихология, изучающая взаимосвязи между человеческим мозгом и поведением. Классический способ изучения функций мозга - изучение пациентов с различными формами повреждений мозга, такие как: травмы головы, опухоли Read More
  • 1
  • 2